   |
политический деятель — Мао Цзэдун.
Известно его высказывание Эдгару Сноу в 1936 г. о том, что после победы народной революции в Китае «Республика Монголия автоматически станет частью Китайской федерации по собственной воле»[38]. Мао Цзэдун заранее предопределял не только волю населения МНР, но и то, что изъявление воли произойдет «автоматически».
В духе аналогичного размышления о том, что монголы в числе других национальных меньшинств «вновь присоединятся к Китаю», высказался Мао Цзэдун в 1944 г., отвечая на вопрос американского журналиста Штейна о будущем МНР[39]. В 1954 г. во время советско-китайских переговоров Пекин снова поднимал вопрос о МНР, предлагая «договориться» насчет ликвидации ее самостоятельности[40].
Но подписанный правительством Китайской Республики договор с Советским Союзом о ненападении от 21 августа 1937 г. не содержал в себе никакого намека на неурегулированность пограничных вопросов между двумя государствами. В договоре обе стороны торжественно подтверждали, что не прибегнут к войне для разрешения международных споров и отказываются от таковой как орудия национальной политики в отношениях друг с другом[41].
Никакая проблема границ между СССР и Китаем не возникала и на конференции руководителей великих держав, состоявшейся в Ялте в феврале 1945 г. и принявшей согласованные решения о послевоенном урегулировании и устройстве границ, в том числе на Дальнем Востоке. Китайское правительство подтвердило решения Ялтинской конференции глав правительств СССР, США и Великобритании. А 14 августа 1945 г. оно подписало советско-китайский Договор о дружбе и союзе, а также соглашения о Китайской Чанчуньской железной дороге, о Порт-Артуре и Дальнем. При этом обе стороны условились о тесном и дружественном сотрудничестве после наступления мира, действовать в соответствии с принципами взаимного уважения суверенитета и территориальной целостности и невмешательства во внутренние дела[42].
К старым территориальным притязаниям на советские земли пытались вернуться наиболее реакционные китайские газеты «Ишибао» (католическая) и «Хэпин жибао» (орган военного министерства) летом 1948 г. «Хэпин жибао» заявляла, будто Владивосток стоит на китайской земле. Характерная черта таких выступлений этих двух газет заключалась в том, что они оказались единичными.
Во время гражданской войны в Китае во второй половине 1940-х гг. власти Китайской Республики не касались вопроса о границах и старых договорах. Они лишь пытались спровоцировать военное столкновение между СССР и США, стремясь превратить «холодную войну» в «горячую», чтобы «спасти» Китай от коммунистов — «пятой колонны железного занавеса»[43].
Таким образом, будучи вынуждены уйти из континентального Китая, власти Китайской Республики не оставляли новому китайскому руководству в наследство политику территориальных притязаний к Советскому Союзу, к которой они, по существу, не возвращались после 20-х гг. В дипломатической практике нанкинское правительство и различные гоминьдановские фракции с тех пор не касались вопроса о «неравноправности» договоров, согласно которым проходит граница между СССР и Китаем. Реакционерам тогда не удалось надуманным требованием принизить значение ликвидации нашим тогдашним государством неравноправных договоров, которая ударяла по всей колонизаторской политике западных держав.
Новое руководство Китая, руководители КПК-КНР, и в первую очередь Мао Цзэдун и его приверженцы, воскресили наихудшие традиции богдыханского китаецентризма. Их территориально-погра-ничные притязания к СССР свидетельствовали о том, что идеи националистического великодержавия существовали у коммунистического руководства Китая задолго до 60-х гг., времени начала открытой борьбы против нашей страны в сфере межгосударственных отношений.
Территориальные притязания Мао Цзэдуна и его последователей к нашей стране явились заимствованием старых политических амбиций монархического Китая, от которых были вынуждены отказаться за их непригодностью руководители Китайской Республики в их отношениях с СССР.
Такого рода взгляды Мао Цзэдуна находили свое скрытое отражение в отрицании права наций на самоопределение, что явилось особенностью национальной политики КПК после 1949 г. В более же раннее время КПК декларировала свое намерение решать национальный вопрос с иных позиций. В параграфе 14 Конституции, опубликованной Первым Всекитайским съездом Советов в ноябре 1931 г., говорилось: «Советская власть в Китае провозглашает национальную свободу всех малых народов и национальных меньшинств в Китае, признает право самоопределения малых народов вплоть до государственного отделения от Китая и создания самостоятельных государств. Например, монголы, хойские народы (мусульмане), тибетцы, мяо, ли, корейцы и т. д., живущие на территории Китая, имеют право на самоопределение, т. е. они могут присоединиться к Китайской советской республике или отделиться от нее и организовать свое самостоятельное государство или автономную область».
В отчетном докладе Второму Всекитайскому съезду Советов в январе 1934 г. Цзэдун
Известно его высказывание Эдгару Сноу в 1936 г. о том, что после победы народной революции в Китае «Республика Монголия автоматически станет частью Китайской федерации по собственной воле»[38]. Мао Цзэдун заранее предопределял не только волю населения МНР, но и то, что изъявление воли произойдет «автоматически».
В духе аналогичного размышления о том, что монголы в числе других национальных меньшинств «вновь присоединятся к Китаю», высказался Мао Цзэдун в 1944 г., отвечая на вопрос американского журналиста Штейна о будущем МНР[39]. В 1954 г. во время советско-китайских переговоров Пекин снова поднимал вопрос о МНР, предлагая «договориться» насчет ликвидации ее самостоятельности[40].
Но подписанный правительством Китайской Республики договор с Советским Союзом о ненападении от 21 августа 1937 г. не содержал в себе никакого намека на неурегулированность пограничных вопросов между двумя государствами. В договоре обе стороны торжественно подтверждали, что не прибегнут к войне для разрешения международных споров и отказываются от таковой как орудия национальной политики в отношениях друг с другом[41].
Никакая проблема границ между СССР и Китаем не возникала и на конференции руководителей великих держав, состоявшейся в Ялте в феврале 1945 г. и принявшей согласованные решения о послевоенном урегулировании и устройстве границ, в том числе на Дальнем Востоке. Китайское правительство подтвердило решения Ялтинской конференции глав правительств СССР, США и Великобритании. А 14 августа 1945 г. оно подписало советско-китайский Договор о дружбе и союзе, а также соглашения о Китайской Чанчуньской железной дороге, о Порт-Артуре и Дальнем. При этом обе стороны условились о тесном и дружественном сотрудничестве после наступления мира, действовать в соответствии с принципами взаимного уважения суверенитета и территориальной целостности и невмешательства во внутренние дела[42].
К старым территориальным притязаниям на советские земли пытались вернуться наиболее реакционные китайские газеты «Ишибао» (католическая) и «Хэпин жибао» (орган военного министерства) летом 1948 г. «Хэпин жибао» заявляла, будто Владивосток стоит на китайской земле. Характерная черта таких выступлений этих двух газет заключалась в том, что они оказались единичными.
Во время гражданской войны в Китае во второй половине 1940-х гг. власти Китайской Республики не касались вопроса о границах и старых договорах. Они лишь пытались спровоцировать военное столкновение между СССР и США, стремясь превратить «холодную войну» в «горячую», чтобы «спасти» Китай от коммунистов — «пятой колонны железного занавеса»[43].
Таким образом, будучи вынуждены уйти из континентального Китая, власти Китайской Республики не оставляли новому китайскому руководству в наследство политику территориальных притязаний к Советскому Союзу, к которой они, по существу, не возвращались после 20-х гг. В дипломатической практике нанкинское правительство и различные гоминьдановские фракции с тех пор не касались вопроса о «неравноправности» договоров, согласно которым проходит граница между СССР и Китаем. Реакционерам тогда не удалось надуманным требованием принизить значение ликвидации нашим тогдашним государством неравноправных договоров, которая ударяла по всей колонизаторской политике западных держав.
Новое руководство Китая, руководители КПК-КНР, и в первую очередь Мао Цзэдун и его приверженцы, воскресили наихудшие традиции богдыханского китаецентризма. Их территориально-погра-ничные притязания к СССР свидетельствовали о том, что идеи националистического великодержавия существовали у коммунистического руководства Китая задолго до 60-х гг., времени начала открытой борьбы против нашей страны в сфере межгосударственных отношений.
Территориальные притязания Мао Цзэдуна и его последователей к нашей стране явились заимствованием старых политических амбиций монархического Китая, от которых были вынуждены отказаться за их непригодностью руководители Китайской Республики в их отношениях с СССР.
Такого рода взгляды Мао Цзэдуна находили свое скрытое отражение в отрицании права наций на самоопределение, что явилось особенностью национальной политики КПК после 1949 г. В более же раннее время КПК декларировала свое намерение решать национальный вопрос с иных позиций. В параграфе 14 Конституции, опубликованной Первым Всекитайским съездом Советов в ноябре 1931 г., говорилось: «Советская власть в Китае провозглашает национальную свободу всех малых народов и национальных меньшинств в Китае, признает право самоопределения малых народов вплоть до государственного отделения от Китая и создания самостоятельных государств. Например, монголы, хойские народы (мусульмане), тибетцы, мяо, ли, корейцы и т. д., живущие на территории Китая, имеют право на самоопределение, т. е. они могут присоединиться к Китайской советской республике или отделиться от нее и организовать свое самостоятельное государство или автономную область».
В отчетном докладе Второму Всекитайскому съезду Советов в январе 1934 г. Цзэдун
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80
81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80
81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107